Болезнь как повод не лечить

10/05/2011

Человеческое достоинство. Даже когда пишу, чувствую особую энергетику этих слов. Я хочу рассказать Вам, к чему привела реализация права человека на доступ к лечению, игнорируя при этом человеческое достоинство. 

 

Я был в нескольких европейских странах, получал там лекарство ЗПТ. Удивительно, но там медицинский персонал доверял моим ощущениям. Доктор советовался со мной о том, как лучше продолжить лечение: обсуждение дозировки основывалось на комфортности и безопасности для меня; количество визитов в кабинет старались снизить до минимума.

 

И даже когда просили сдать анализ мочи на наличие нелегальных наркотиков, десять раз объяснили, что анализ нужен для подбора адекватной дозировки…

 

Украина, 2011 год. Чуть больше 6 000 наркозависимых людей получили доступ к лечению в программе заместительной поддерживающей терапии (ЗПТ). Хотя обеспечено лекарством может быть 8 000 человек.

 

Что происходит?

 

С точки зрения получателей услуг программы ЗПТ, проблема в том, что большинство врачей-наркологов не хотят понять, что наша программа это тоже вид лечения. Лекарство используется ими для наказания или поощрения.

 

Сегодня мы поговорим о людях, которых лишили лечения за проявление болезни.

 

Сергей, 38 лет: «Меня сегодня выгнали из программы. Я пришёл утром, а наш нарколог сказала: «До свидания. Мне твой внешний вид не нравится. Можешь больше не приходить». Шок. Я работаю, живу спокойно. Всё, что с таким трудом семьёй строили, опять рухнуло.

 

Почему, объясните мне, почему один человек в праве отказать мне в лечении без объяснения причин?»

 

Уверен, что работники здравоохранения должны работать, учитывая чувство собственого достоинства[1] и ценность личности каждого пациента, как указано в Преамбуле Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 года.

 

Антон, 35 лет: «Добрый день. Вчера пришёл на сайт ЗПТ, мне сказали, что в моче есть нелегальные опиаты. Да я и не отрицаю. Говорю, что плохо себя чувствую вечером. Заснуть не могу. Врач-нарколог мне ответила: «Всем вам только бы тащиться. Дозировка метадона 50 мг и хватит. А за наличие нелегального наркотика в моче ты исключён из программы».

 

Лена, 41 год: «Боюсь что-нибудь сказать нашим врачам. Отношение хуже, чем с барыгами. Там хоть роли понятны были, и они не корчили из себя праведников. А здесь, странно. Не человек я для них и всё. Не верят наши врачи-наркологи, что наркомания – это болезнь. Просила поднять дозировку, оскорбили, сказали: «Скажи спасибо, что вообще тебе даём таблетки. Будешь приставать, выгоню».

 

 

Таких историй больше четырёх тысяч. Только за последний квартал покинули программу 133 человека.

 

Человеческое достоинство как одно из фундаментальных прав человека.

 

Вот так за проявление болезни врачи исключают из программы. Напомню, что согласно Международному классификатору болезней (МКБ -10) есть такая болезнь - психические расстройства и расстройства поведения, связанные с употребление психоактивных веществ.

 

Критериями наличия психического расстройства может быть:

¨ несоответствие психических реакций (адекватность) силе и частоте воздействий среды, социальным обстоятельствам и ситуациям;

¨ неспособность самоуправления поведением в соответствии с социальными нормами, правилами, законами.

Реализация прав человека, игнорируя при этом человеческое достоинство, может привести к неприемлемым бесчеловечным ситуациям.

 

 

10 утра. Саша идёт за лекарством на программу. С вечера уже было плохо, не спал ночь. Идёт процесс перевода на метадикт. Заходит в кабинет, ему медсестра говорит: «Сначала вскопай клумбу, потом дадим препарат». Он к врачам - люди добрые, мне же плохо. Дайте лекарство, потом вскопаю. Ответ истинного «доктора»: «А кому сейчас хорошо? Поработаешь, получишь свой наркотик».

Нервный срыв, крик, медсестра пишет заявление, Саша вылетает из программы. О детоксикации речь вообще не идёт.

 

В Методических рекомендациях ведения ЗПТ (Приказ МОЗ № 645 от 10.11.2008) сказано:

 

Врачи и другие сотрудники должны осознавать что выписка – это крайний вариант для больного, потому что лишает его возможности получать медицинскую помощь для лечения своего заболевания. И может быть оправдано только в том случае, когда поведение больного угрожает безопасности и здоровью других пациентов или персонала…

 

Ира, 43 года, «Первые полгода участия в программе вообще было не понятно, как жить, с кем общаться. О чём говорить, если темы о наркотиках стали не интересны, а на другие забыла, когда разговаривала. Состояние было вдохновлённое: дома чистоту навела, с родными помирилась, про работу начала думать. Курсы искать, чтобы научиться делать что-то. Не рассчитала свои силы и сорвалась. Пропустила четыре дня программы. Когда вернулась, в списках на лечение меня уже не было. Не понимаю. Мне диагноз поставили, потому что неадекватное поведение. А теперь лечить отказались за то, что соответствую диагнозу».

 

Да и Методическими рекомендациями пользуются врачи так, как им удобно. Если надо исключить из программы, для них эти рекомендации - закон.

А когда начинаешь читать раздел, где написано, что после 6 месяцев участия в программе без нарушений человека могут переводить на рецепты, сразу вспоминают, что Методические рекомендации не юстированы. А значит, носят рекомендательный характер. Хочу – выполняю, хочу - нет.

 

Понимаю, что вы можете мне возразить: «А как же человеческое достоинство врачей?» В историях, о которых я вам рассказал, ни одно медицинское достоинство не пострадало.

 

 

А вот люди, которых выкинул из программы, сейчас полностью потеряли надежду на помощь и веру в медицину.

 

 

Человеческое достоинство всех людей, в том числе наркозависимых, независимо от вероисповедания, пола или социально-экономического статуса, должно соблюдаться в любых ситуациях.

 

В Украине 4 000 человек исключены из процесса доступности лечения и 2 000 человек ожидают лечения ЗПТ в искусственно созданных очередях.

 

Искренне ваш, Сергей.

 

P.S. Представляю Вам команду людей Ассоциации участников ЗПТ Украины, которые продолжают отслеживать проблемные случаи в программе ЗПТ. И мы делаем всё, чтобы помочь человеку стать участником программы/восстановиться или сохраниться в лечебном процессе.