ООН: экс-пациенты програм ОЗТ Крыма умирают (материал BBC)

23/01/2015

Десятки бывших пациентов погибли, лишившись доступа к заместительным препаратам в Крыму, — преимущественно в результате суицида или передозировки, заявил в среду спецпосланник ООН по ВИЧ/СПИДу в Восточной Европе и Центральной Азии Мишель Казачкин.

ООН и правозащитные организации бьют тревогу из-за сворачивания программы заместительной терапии для наркозависимых в Крыму после аннексии полуострова Россией.

Десятки бывших пациентов погибли, лишившись доступа к заместительным препаратам в Крыму, — преимущественно в результате суицида или передозировки, заявил в среду спецпосланник ООН по ВИЧ/СПИДу в Восточной Европе и Центральной Азии Мишель Казачкин.

«Для них это был невыносимый переход от состояния социальной, психологической и физической стабильности назад к уличным наркотикам и стрессу», — сказал он журналистам, назвав ситуацию «гуманитарным кризисом».

Данные ООН о гибели наркозависимых в Крыму Би-би-си подтвердила украинская организация, оказывающая помощь наркозависимым переселенцам из Крыма и Донбасса.

В министерстве здравоохранения России это отрицают. Как заявил пресс-секретарь ведомства Олег Салагай, всего с марта до конца 2014 года на территории полуострова умерли семь пациентов заместительной терапии — по его словам, не в результате отравления наркотиками или самоубийства.

Заместительная поддерживающая терапия (ЗПТ) с использованием метадона и бупренорфина, одобренная ООН, применяется на территории Украины с 2005 года, однако в России она противозаконна, и реабилитация наркозависимых в этой стране основывается на детоксикации. Несколько наркозависимых пытаются оспорить этот подход в ЕСПЧ.

Федеральная служба России по контролю за оборотом наркотиков, подразделение которой теперь действует и в Крыму, называет заместительную терапию опасным и неэффективным «пересаживанием» наркозависимых с одного наркотика на другой, несмотря на рекомендации Всемирной организации здравоохранения, говорящие об обратном.

Несколько бывших пациентов в Крыму уже были осуждены по российскому законодательству за незаконное хранение наркотиков, сообщили правозащитники.

Суицид и передозировка

Из 805 человек, которые получали заместительные препараты в Крыму, с момента сворачивания программы погибли от 80 до 100, сообщил Казачкин, слова которого приводит агентство Франс пресс. Эти данные, подчеркнул он, будут изложены в отчете, который получит генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун.

В российском минздраве на это ответили, что, по их данным, смертность среди бывших участников программ заместительной терапии не только не повысилась, но и снизилась.

«Данное заявление вызывает удивление, поскольку с 18 марта по 31 декабря 2014 года в Республике Крым умерли три человека, ранее участвовавших в программе заместительной поддерживающей терапии, в Севастополе — четыре человека, — сказал Салагай. — Для сравнения, в 2012 году в Крыму умерли 18 клиентов этих программ, в 2013 году — 14. В Севастополе в 2012 году умерли шесть клиентов ЗПТ, в 2013 году — два».

По словам Салагая, в 2014 году случаев смерти бывших пациентов ЗПТ от острых отравлений наркотиками или суицидов не было зафиксировано вообще.

В крымском управлении ФСКН отказались дать комментарий Русской службе Би-би-си в свете появления данных ООН, заявив, что позиция ведомства по вопросу заместительной терапии в полной мере была выражена ранее.

Как заявляли ранее в этом ведомстве, все 800 пациентов были выведены из заместительной терапии за два месяца. Замглавы ФСКН Николай Цветков называл это «подвигом медиков», хотя, как обратил внимание в среду Казачкин, это гораздо меньший срок, чем рекомендовано для прекращения заместительной терапии Всемирной организацией здравоохранения.

Правозащитная организация «Международный альянс по ВИЧ/СПИД в Украине», которая при поддержке нескольких благотворительных фондов проводит программу помощи получателям заместительной терапии из Крыма и Донбасса, подтверждает данные спецпосланника ООН.

«Из 800 человек, которые были лишены заместительной терапии в мае прошлого года, около 10% уже нет в живых. Большинство ушло в употребление незаконных инъекционных наркотиков. Многие [погибли] в результате передозировок, суицидов, обострения разных хронических заболеваний, связанных с резким прекращением лечения», — рассказывает директор организации по политике и партнерству Павел Скала.

По данным этой организации, из 800 пациентов ЗПТ около 200 были ВИЧ-инфицированными.

Как рассказал Скала, часть бывших пациентов, вернувшихся к употреблению нелегальных наркотиков, были привлечены к уголовной ответственности по российскому законодательству. Так, одна из экс-пациенток была приговорена к году лишения свободы во вторник, сообщил Би-би-си один из участников программы по имени Игорь.

«Может быть, и меня не будет»

Игорь — один из немногих наркозависимых, которые для продолжения лечения переехали из Крыма на материковую территорию Украины. Он попросил не указывать его фамилию из-за опасений за судьбу близких, постоянно проживающих в Крыму.

Сам он часто ездит на полуостров, но только на очень короткие сроки: он не может брать с собой необходимые ему препараты, хранение которых по российскому законодательству является уголовным преступлением.

Его рассказ ставит под сомнение заявление минздрава о причинах смерти экс-пациентов ЗПТ.

В апреле Игорь снял видео, призывая сохранить заместительную терапию и после присоединения региона к России. В ролике появились десять его знакомых — других пациентов, которые объясняли, как терапия изменила их жизнь к лучшему — например, позволила найти работу или наладить отношения с семьей. Все они говорили, что для них сохранение программы — вопрос жизни и смерти.

«Если этой программы не будет, то, может быть, и меня не будет», — заявил мужчина в кепке по имени Андрей, которому на вид было около 50-ти.

Как сообщил Игорь в новом видео, опубликованном спустя девять месяцев, Андрей повесился, не выдержав своего нового положения. Еще один герой первого ролика — Антон, который был инфицирован ВИЧ, гепатитом C и пользовался тростью из-за остеомиелита нижних конечностей, — скончался от передозировки в Санкт-Петербурге.

«Благодаря нашей программе я начал заниматься своим здоровьем и начал заниматься лечением этих болезней. Очень большая просьба дать нам продолжить получать наше лечение», — говорил Антон в первом ролике.

«На меня настолько подействовали смерти людей, которых я знал лично, причем нелепые смерти, внезапные, которых можно было избежать, что я решил высказать свое отношение к происходящему, почтить их память, — говорит Игорь. — Это очень несправедливо. Я могу понять, что люди гибнут на войне, но я не могу понять, когда люди гибнут так нелепо».

«Ушло в подполье»

Всего из Крыма после аннексии выехали около 60 пациентов ЗПТ, сообщил Павел Скала. «Международный альянс по ВИЧ/СПИД в Украине» предоставил им возможность временно получать помощь на материковой территории Украины или пройти «гуманный выход из программы».

Из них около 40 человек вернулись в Крым, и лишь 18, в том числе Игорь, до сих пор остаются в программе. Теперь организация в основном помогает наркозависимым Донбасса, где складывается тяжелая ситуация с поставками замещающих препаратов.

«По информации от тех контактов, которые у нас там [в Крыму] сохраняются, часть из этих пациентов из-за отсутствия заместительной терапии или адекватной наркологической помощи со стороны Российской Федерации были вынуждены вернуться к употреблению нелегальных наркотиков. Существует серьезная угроза их жизни и здоровью», — говорит Скала.

По словам представителя альянса, основным каналом поступления нелегальных наркотиков была железная дорога, но из-за остановленного сообщения с материковой Украиной в Крыму теперь наблюдается дефицит запрещенных веществ. Из-за этого наркозависимые переходят на наркотики, которые могут сделать из подручных средств, — например, смертельно опасный дезоморфин, известный также как «крокодил».

«Я никогда не видел настолько больных людей», — расказал газете Guardian о своей трехдневной поездке на родину Руслан Житомирский, один из пациентов, переехавших в Киев. По его словам, его знакомые теперь употребляют любые наркотики, которые могут получить.

«Люди действовали в рамках правового поля, получали препарат, исходя из государственных решений, и вдруг в один день оказались вне закона. Они вынуждены обращаться снова к криминальным структурам просто для того, чтобы убрать болевой синдром, — говорит Игорь. — Пострадали не 800 человек, пострадали тысячи людей — члены семьи, родственники, друзья. Этого не видно на улицах, естественно, это ушло в подполье».

Глава ФСКН Иванов неоднократно заявлял, что ситуация с наркозависимостью на территории Крыма сложнее, чем в России в целом, но, по его мнению, это как раз связано с «тяжелым наследием» заместительной терапии.

«Антигуманный» метод?

Заместительная поддерживающая терапия подразумевает предоставление наркозависимым более безопасных опиоидов — метадона или бупренорфина — в дозировке, которую определяет врач. Многие участники таких программ принимают замещающие препараты на протяжении многих лет.

По данным ВОЗ, заместительная поддерживающая терапия зарекомендовала себя как более эффективный способ удержания людей от приема нелегальных опиатов, чем методы, основанные только на детоксикации.

Помимо самих наркозависимых, положительный эффект ощущают их близкие, для которых снижается уровень стресса и финансовое бремя, говорится в документе 2004 года, выражающем позицию организации по этому поводу.

Такие программы выгодны также и для общества в целом — за счет снижения уровня преступности, связанной с употреблением наркотиков, и риска распространения ВИЧ и других заболеваний, говорится в документе.

Однако российские власти эту точку зрения не разделяют. Глава ФСКН Иванов не раз называл эту методику «антигуманной» и заявлял, что в Крыму само государство «раздавало тяжелейший наркотик — метадон», а 90% закупленного на деньги налогоплательщиков препарата «прямым трансфертом уходило на криминальный рынок, где он бойко торговался по цене афганского героина».

Руководство ФСКН неоднократно говорило о существовании того, что они называли «метадоновым лобби», возглавляемого фармакологическими компаниями, в интересах которого якобы действуют власти Украины, получая при этом прибыль.

«Наркопотребители, которые проходили метадоновую терапию, по сути, они подсели на метадон настолько прочно, что зависимость у них сформировалась сильнее, чем от героина», — сказал Иванов на совещании по вопросу наркозависимости в Крыму в июле.

Пациент ЗПТ Игорь с ним не согласен. По его словам, ошибочно рассматривать заместительную терапию как схему «один наркотик забрали, другой дали».

«Наркозависимые со стажем потребляют наркотики не для того, чтобы получить удовольствие, а для того, чтобы просто выжить. Представьте, люди за 40, 50 лет со множеством диагнозов — зачастую с очень тяжелыми заболеваниями. Они действительно не могут жить без обезболивания, и они получали его в рамках закона долгие годы, ежедневно», — объясняет он.

Иск в ЕСПЧ

Как заявил Мишель Казачкин, диалог с российскими властями по поводу ЗПТ идет крайне сложно. Он назвал это «потрясающей ситуацией, когда политика и силовые структуры взяли верх над доказательствами, наукой и рекомендациями ООН».

Трое наркозависимых из России в период с 2010 по 2013 год подали в жалобы на Россию по этому вопросу в Европейский суд по правам человека. Алексей Курманаевский, Ирина Теплинская и Иван Аношкин утверждают, что российский подход к лечению наркозависимых неэффективен, а процесс детоксикациии мучителен.

В мае прошлого года ЕСПЧ направил российским властям вопросы — в частности, был ли соблюден баланс между обязательством государства охранять жизнь и здоровье граждан путем контроля за оборотом наркотиков и интересом заявителей в получении препаратов, которые могут быть полезны для их здоровья.

Представитель России обещал предоставить ответ до марта 2015 года.

Интересно, что Теплинская, указанная в документах ЕСПЧ под фамилией Абдюшева, с 2012 по 2014 год получала метадон на территории Украины, хотя не являлась гражданкой этой страны. Ей пришлось вернуться на родину из-за ужесточившегося контроля над наркооборотом после смены власти и сложности с получением антиретровирусных препаратов, которые Теплинской, страдающей СПИДом, пересылали из России.

«Я принимала дозу с утра — и до следующего утра жила обычной жизнью. Я не думала каждую минуту — где достать деньги на героин», — рассказала она о положительных эффектах заместительной терапии в интервью «Московскому комсомольцу» на прошлой неделе.

Метадон на Донбассе

Сложная ситуация с заместительной терапией в настоящее время складывается и на востоке Украины, где из-за военных действий происходят перебои с поставками, сообщают правозащитные организации.

Положение наркозависимых в Донбассе отличается от того, что переживают бывшие пациенты в Крыму, объясняет Павел Скала.

«Не то что сепаратисты что-то запрещают, или Россия оказывает какое-то давление — нет. В данном случае украинские власти не дают разрешение на поставку препаратов на территории, которые ими не контролируются», — говорит он.

По данным «Международного альянса по ВИЧ/СПИД в Украине», 300 пациентов заместительной терапии уже лишились доступа к препаратам, а еще для 500 существует такая угроза. Их лечение может прерваться, если препараты закончатся, а новая поставка не произойдет.

В программе, в рамках которой получали ЗПТ 60 наркозависимых из Крыма, участвуют 140 переселенцев из неконтролируемых Киевом территорий Донецкой и Луганской областей.

Министерство здравоохранения Украины на прошлой неделе утвердило проект постановления об обеспечении лекарствами, в том числе препаратами ЗПТ, больных ВИЧ/СПИД и туберкулезом, которые остаются на неподконтрольных территориях. Документ был направлен в правительство.

«Мы очень надеемся, что правительство Украины примет такое решение, и в ближайшие дни такая поставка будет осуществлена», — подчеркнул Скала.

источник: Русская служба Би-би-си

 

 

Ваш комментарий будет виден только после просмотра администратором
Комментарии отсутствуют
Имя *
E-mail (не будет виден в комментарии):